Федор Михайлович Достоевский Братья Карамазовы
– Это правда, – звонким и убежденным голоском согласился вдруг прилежно слушавший Смуров.
– А сам первый по латинскому языку! – вдруг крикнул из толпы один мальчик.
– Да, папа, он сам говорит, а сам у нас первый по латинскому в классе, – отозвался и Илюша.
– Чту ж такое? – счел нужным оборониться Коля, хотя ему очень приятна была и похвала. – Латынь я зубрю, потому что надо, потому что я обещался матери кончить курс, а по-моему, за чту взялся, то уж делать хорошо, но в душе глубоко презираю классицизм и всю эту подлость… Не соглашаетесь, Карамазов?
– Ну зачем же «подлость»? – усмехнулся опять Алеша.
– Да помилуйте, ведь классики все переведены на все языки, стало быть вовсе не для изучения классиков понадобилась им латынь, а единственно для полицейских мер и для отупления способностей. Как же после того не подлость?
– Ну кто вас этому всему научил? – воскликнул удивленный наконец Алеша.
– Во-первых, я и сам могу понимать, без научения, а во-вторых, знайте, вот это же самое, что я вам сейчас толковал про переведенных классиков, говорил вслух всему третьему классу сам преподаватель Колбасников…
– Доктор приехал! – воскликнула вдруг всё время молчавшая Ниночка.
Действительно к воротам дома подъехала принадлежащая г-же Хохлаковой карета. Штабс-капитан, ждавший всё утро доктора, сломя голову бросился к воротам встречать его. «Маменька» подобралась и напустила на себя важности. Алеша подошел к Илюше и стал оправлять ему подушку. Ниночка, из своих кресел, с беспокойством следила за тем, как он оправляет постельку. Мальчики торопливо стали прощаться, некоторые из них пообещались зайти вечером. Коля крикнул Перезвона, и тот соскочил с постели.
– Я не уйду, не уйду! – проговорил впопыхах Коля Илюше, я пережду в сенях и приду опять, когда уедет доктор, приду с Перезвоном.
Но уже доктор входил – важная фигура в медвежьей шубе, с длинными темными бакенбардами и с глянцевито выбритым подбородком. Ступив через порог, он вдруг остановился, как бы опешив: ему верно показалось, что он не туда зашел: «чту это? Где я?» пробормотал он, не скидая с плеч шубы и не снимая котиковой фуражки с котиковым же козырьком с своей головы. Толпа, бедность комнаты, развешанное в углу на веревке белье сбили его с толку. Штабс-капитан согнулся пред ним в три погибели.
0uqkjdy
ЦИК еще не решил, что с ними делать. Где жить, а где учиться. Информация по поводу покушения в Дубае остается противоречивой. Россияне снова готовы проголосовать за Дмитрия Медведева.
Обзор очередных матчей российской хоккейной суперлиги. Неизвестная группировка объявила о казни журналиста. В Москве поймали диверсанта “Шариата”. Активы Бадри Патаркацишвили подверглись атаке сводного брата. “Искусственный разум придет как партизанщина”.
