Федор Михайлович Достоевский Неточка Незванова
Тут он осмотрелся кругом.
— Вы... кто вас пустил в библиотеку? почему этот шкаф отворен? где взяли ключ?
— Я не буду вам отвечать, — сказала я, — я не могу с вами говорить. Пустите меня, пустите!
Я пошла к дверям.
— Позвольте, — сказал он, остановив меня за руку, — вы так не уйдете!
Я молча вырвала у него свою руку и снова сделала движение к дверям.
— Хорошо же. Но я не могу вам позволить, в самом деле, получать письма от ваших любовников, в моем доме...
Я вскрикнула от испуга и взглянула на него как потерянная...
— И потому...
— Остановитесь! — закричала я. — Как вы можете? как вы могли мне сказать?.. Боже мой! боже мой!..
— Что? что! вы еще угрожаете мне?
Но я смотрела на него бледная, убитая отчаянием. Сцена между нами дошла до последней степени ожесточения, которого я не могла понять. Я молила его взглядом не продолжать далее. Я готова была простить за оскорбление, с тем чтоб он остановился. Он смотрел на меня пристально и видимо колебался.
— Не доводите меня до крайности, — прошептала я в ужасе.
— Нет-с, это нужно кончить! — сказал он наконец, как будто одумавшись. — Признаюсь вам, я было колебался от этого взгляда, — прибавил он с странной улыбкой. — Но, к несчастию, дело само за себя говорит. Я успел прочитать начало письма. Это письмо любовное. Вы меня не разуверите! нет, выкиньте это из головы! И если я усомнился на минуту, то это доказывает только, что ко всем вашим прекрасным качествам я должен присоединить способность отлично лгать, а потому повторяю...
По мере того как он говорил, его лицо все более и более искажалось от злобы. Он бледнел; губы его кривились и дрожали, так что он, наконец, с трудом произнес последние слова. Становилось темно. Я стояла без защиты, одна, перед человеком, который в состоянии оскорблять женщину. Наконец, все видимости были против меня; я терзалась от стыда, терялась, не могла понять злобы этого человека. Не отвечая ему, вне себя от ужаса я бросилась вон из комнаты и очнулась, уж стоя при входе в кабинет Александры Михайловны. В это мгновение послышались и его шаги; я уже хотела войти в комнату, как вдруг остановилась как бы пораженная громом.
0uqkjdy
В маркетинге невозможно изобрести что-то новое. Григорий Явлинский попал в “яблочко”. Алексей Френкель займется своим делом. В Синьцзян-Уйгурском автономном районе произошло столкновение с сепаратистами. Любят ли в мире русских?
«Следователи требуют, чтобы я отказался от должности». Алан Дзагоев открыл счет в Европе. Мобильные стратегические комплексы утратили боевую эффективность. С кем вы, мастера культуры? Слушается первое дело о шпионаже в пользу Грузии. Багаж все реже пропадает в воздухе. Минэкономразвития решило: чтобы инфляция остановилась, она должна развиться. Волна насилия докатилась до столицы страны. В его “черном” списке 52 убийства и покушения. Заместитель министра финансов поменял статус. Взрыв генконсульства РФ в Реште не состоялся. Британский парламент высказался против плебисцита о договоре ЕС. Начались слушания по убийству школьницы Анны Бешновой. Джордж Буш решил напоследок навестить Владимира Путина. Фавориты итогового турнира продолжают проигрывать. Как городскому театру вписаться в мировой рынок? Ющенко присвоил бандеровцу звание Героя Украины. Виктор Зубков устроил чиновникам разлет. Украинская интеллигенция шокирована народным выбором. Чтобы отвлечь его от России.
