Александр Степанович Грин Том 1. Рассказы 1907-1912
Стиснув зубы, закурить дрожащими пальцами папиросу и стрелять — это последнее.
И Мистер зачем-то спросил:
— Как вы думаете, который теперь час?
— Час? — Сурок посмотрел на него блуждающим, испуганным взглядом. — Я думаю, что этого не следует знать. Все равно.
И крикнул с остервенением, нажимая курок:
— Свобода! Ура-а!..
Звонкая, светлая тишина.
— Они окружают дом, — говорит Мистер, вздыхая. — И уморят нас.
— Они побоятся войти.
— Почему вы это думаете?
— Я чувствую… Привезут пушку и разнесут нас, как мышей.
— А-а! — удивленно говорит Барон, инстинктивно прижимаясь к стене. Пуля ударила в потолок, раздробила лепное украшение, и кусок гипса, с полфунта весом, упал рядом с его головой.
— А я думал, что спрятался!..
Мистер смотрит на него взглядом, выражающим представление о себе самом, раненном и лежащем врастяжку так же, как этот костлявый, длинный юноша с голубыми глазами. Барон улыбается, закрывает глаза и сейчас же открывает их. Смотреть легче и не так страшно. Скоро ли спасут их? Несомненно, несомненно спасут, но кто? И когда? Вот этого-то никак нельзя понять.
Ттрах-та-тах! Бах!..
Как будто с налета воздушный молоток вбивает гвозди и падает вниз, оставляя на потолке и на стенах маленькие, глубокие дырки. Они, верно, еще теплые, если потрогать их.
— Досадно то… — начинает Барон.
Он ждет, но его не спрашивают, что досадно. Те двое отскакивают, прячась за подоконниками, и, трепеща от возбуждения, стреляют вниз. Глухие, смятенные звуки вырываются из горла. “Бах! Бах!” Должно быть, пришли еще солдаты.
А где же те, жившие здесь? Комнаты пусты, и от этого еще огромнее, еще скучнее. Как Барон не заметил ухода квартирантов? Странно! Когда прибежали они трое, с белыми, перекошенными лицами, — оживленный шум смолк, кто-то заплакал горько, навзрыд, и вдруг стало пусто. Потом хлопнули двери, упало что-то и — тишина. Вот стакан с недопитым желтым чаем. Сейчас придут, расстреляют… Как досадно, что…
0uqkjdy
На Поклонной горе прошел День Чечни. “Латвия считает, что Нюрнбергский трибунал ошибся”. Экс-президент Киргизии Аскар Акаев в интервью «Газете». Теперь с ними разберется Страсбургский суд.
Родион Щедрин: «Мне говорили: пожалейте Майю!». У России хотят увести аэродром в Таджикистане. За обещания Сергея Иванова ответят другие люди. Масло из Енисея недалеко слили. Войтенко ушел в отставку из-за Arctic Sea.