Александр Иванович Куприн Поединок
— Что за черт! Это ты, Гайнан? Кто тут?
Несмотря на темноту, он почувствовал, что Гайнан, по своей привычке, заплясал на одном месте.
— Там тебе барина пришла. Сидит.
Ромашов отворил дверь. В лампе давно уже вышел весь керосин, и теперь она, потрескивая, догорала последними чадными вспышками. На кровати сидела неподвижная женская фигура, неясно выделяясь в тяжелом вздрагивающем полумраке.
— Шурочка! — задыхаясь, сказал Ромашов и почему-то на цыпочках осторожно подошел к кровати. — Шурочка, это вы?
— Тише. Садитесь, — ответила она быстрым шепотом. — Потушите лампу.
Он дунул сверху в стекло. Пугливый синий огонек умер, и сразу в комнате стало темно и тихо, и тотчас же торопливо и громко застучал на столе не замечаемый до сих пор будильник. Ромашов сел рядом с Александрой Петровной, сгорбившись и не глядя в ее сторону. Странное чувство боязни, волнения и какого-то замирания в сердце овладело им и мешало ему говорить.
— Кто у вас рядом, за стеной? — спросила Шурочка. — Там слышно?
— Нет, там пустая комната… старая мебель… хозяин — столяр. Можно говорить громко.
До все-таки оба они продолжали говорить шепотом, и в этих тихих, отрывистых словах, среди тяжелого, густого мрака, было много боязливого, смущенного и тайно крадущегося. Они сидели, почти касаясь друг друга. У Ромашова глухими толчками шумела в ушах кровь.
— Зачем, зачем вы это сделали? — вдруг сказала она тихо, но со страстным упреком.
Она положила ему на колено свою руку. Ромашов сквозь одежду почувствовал ее живую, нервную теплоту и, глубоко передохнув, зажмурил глаза. И от этого не стало темнее, только перед глазами всплыли похожие на сказочные озера черные овалы, окруженные голубым сиянием.
— Помните, я просила вас быть с ним сдержанным. Нет, нет, я не упрекаю. Вы не нарочно искали ссоры — я знаю это. Но неужели в то время, когда в вас проснулся дикий зверь, вы не могли хотя бы на минуту вспомнить обо мне и остановиться. Вы никогда не любили меня!
0uqkjdy
Президент Чечни призвал несмышленую молодежь выйти из подполья. Космический извозчик дальше не поедет. Политика уступок тревожит правые круги Израиля.
Независимых производителей хотят пустить в трубу «Газпрома». Оставил Конституционный суд пенсии граждан за сорок. На цирк положили черный глаз. Минус шесть в пользу Кореи. Владельцы “Арбат Престижа” попросили комфортного суда. Купишь утюг — и там кризис. «Хроника объявленного неназначения» на должность исполнительного секретаря СНГ. Им простили тяжкий грех самоубийства. Актриса, дочь актера, мать актера. Судят отстраненного от должности главу Томска. Шоу: кто хочет спать с миллиардером. В последний момент найден покупатель для ОГК-1. Вирус СПИДа может стать неуязвимым. «Сантехник Джо» не помог Маккейну. Воры в законе ищут выход из тупика. “Единая Россия” агитирует за сытость. Казахский друг дороже западных двух.
