Потолки из виниловой пленки.

Потолок из винила - это крепкая виниловая пленка, закрепленная между стенами на особые крепления, так что потолок не несет ни малейших нагрузок. Пленка выглядит как ровная поверхность, ее свободно разрешено устанавливать в комнатах нестандартной формы. Продолжительность службы данного потолка - 50 лет. В большинстве случаев потолки окрашивают в белый цвет с разнообразными вкраплениями, к примеру, под перламутр. Положительный момент данного потолка в том, что полотно из винила очень плотное, и в случае затопления оно может выдержать до 100 л воды на 1м2. Потом воду можно будет вылить через ниши для светильников, или снять виниловый потолок, просушить и заново укрепить виниловую пленку. Потолки из винила влагоупорны, и в связи с этим подойдут для санузлов. Данному потолку не обязателен особый уход, он отмывается обыкновенной водой или средством для чистки стекол. Монтаж подобного потолка как правило осуществляется монтажниками фирм- продавцов. Еще одно достоинство - полностью ровная поверхность. Существенный минус виниловой пленки- высокая стоимость, которая меняется в зависимости от условий комнаты, числа встраиваемых светильников и так далее.

Петр Дмитриевич Боборыкин ОДНОКУРСНИКИ

И нота о "свободе совести", зазвучавшая в нем так внезапно и так кстати - для того, кто сразу его понял, - показывала, что он ушел вперед, даром что торгует ситцем в Юшковом переулке.

Опять в полной мгле пришлось Заплатину пробираться до своего дешевого места на верхах.

Протяжный, унылый звук гонга раздался, как раз когда он поднялся наверх.

Он помнил содержание последнего акта. Но не фабула тянула его к себе; а то, как будет передано настроение последней картины той жизни, которая, на оценку Щелокова, "отдает кисленьким" и "отшибает клиникой".

Все притихло. Ткань занавеса раздвоилась на две половины.

В "город" Заплатин еще не попадал, с тех пор как водворился в Москве.

Ему всегда нравилась Красная площадь, с новыми Верхними рядами, особенно ночью, в электрическом свете.

Красивый пошиб этих чертогов мирил его с сутью рядской жизни.

Но сегодня он был менее строг в своих чувствах ко всему, что отзывается "купецкой" Москвой.

Встреча с Щелоковым и долгая полуночная беседа в "Альпийской Розе", где он настоял на том, чтобы заплатить отдельно за свою порцию холодной солонины, - в связи с тем, что он идет к Авиву, в его оптовый склад в Юшковом переулке, - настраивали его мысли в такую сторону, куда обыкновенно он их не пускал.

Перед ним стал вопрос: не слишком ли он кичится званием студента, тем, что сопричислен к "лику интеллигентов", как за ужином в "Альпийской Розе" выразился Авив на своем рядском жаргоне.

Взять того же Авива. Разве он что-нибудь потерял, что "убоялся бездны" и вышел с третьего курса? Он мог бы оставаться и в студентах, повременить с государственным экзаменом и все-таки взять ученое звание.

Не счел сам нужным. Он очень начитан. По своей вероисповедной части - настоящий "начетчик"; греческого не забыл, и Новый Завет читает каждый день в оригинале. Апокалипсис знает чуть не наизусть. И философские книжки любит читать и по-русски, и на двух иностранных языках.