Александр Исаевич Солженицын В круге первом (т.1)
— С добрым утром, друзья, — отрывисто приветствовал он, на ходу раздеваясь, сбрасывая до пояса комбинезон и снимая нижнюю сорочку.
— Глебчик, ты обезумел, где ты видишь снег? — покосился Сологдин.
— А вот. — мрачно отозвался Нержин, забираясь на крышу погреба. Там был редко-пушистый нетронутый слой не то снега, не то инея, и собирая его горстями, Нержин стал рьяно натирать себе грудь, спину и бока. Он круглую зиму обтирался снегом до пояса, хотя надзиратели, случась поблизости, мешали этому.
— Эк тебя распарило, — покачал головой Спиридон.
— Письма-то всё нет, Спиридон Данилыч? — откликнулся Нержин.
— Вот именно есть!
— Что ж читать не приносил? Всё в порядке?
— Письмо есть, да взять нельзя. У Змея.
— У Мышина? Не даёт? — Нержин остановился в растирании.
— Он-то в списке меня повесил, да комендант наладил чердак разбирать. Пока я прохватился — а уж Змей прием кончил. Теперь в понедельник.
— Эх, гады! — вздохнул Нержин, оскаляя зубы.
— Попов судить — на то чёрт есть, — махнул Спиридон, косясь на Сологдина, которого знал мало. — Ну, я покатил.
И в своём малахае со смешно спадающими набок ушами, как у дворняжки, Спиридон пошёл в сторону вахты, куда зэков кроме него не пускали.
— А топор? Спиридон! Топор где? — опомнился вслед Сологдин.
— Дежурняк принесёт, — отозвался Спиридон и скрылся.
— Ну, — сказал Нержин, с силой растирая вафельной тряпицей грудь и спину, — не угодил я Антону. Отнёсся я к Семёрке, как к «трупу пьяницы под марфинским забором». И ещё вчера вечером он предложил мне переходить в криптографическую группу, а я отказался.
Сологдин повёл головою, усмехнулся, скорее неодобрительно. При усмешке между его светло-русыми с приседью аккуратно подстриженными усами и такой же бородкою сверкали перлы ядрёных, не затронутых порчей, но внешней силою прореженных зубов:
— Ты ведёшь себя не как исчислитель, а как пиит. Нержин не удивился: и «математик», и «поэт» были заменены по известному чудачеству Сологдина говорить на так называемом Языке Предельной Ясности, не употребляя птичьих, то есть иностранных слов.
0uqkjdy
Но экономика России сможет устоять. Кризис подтолкнул банки к подтасовке вкладов. Какими будут первые 100 дней Медведева. Центризбирком проиграл выборы в условиях, приближенных к боевым. Злостные нарушители. А неотвратимость наказания?
Чтобы выполнить программы льготного лекарственного обеспечения. Евгений Плющенко: Неправда, что я возвращаюсь к жене! Пусть говорят! Хуже не будет. ЛУКОЙЛ попал в итальянскую переработку.
