крыша

- С новым годом, бабоньки! С новым годом, мужики! - громко закричала сидевшая рядом с Варварой соседка Галка Крикун, сполна старавшаяся оправдать свою фамилию.

- Вот, мать твою, - хлопнул по столу кулаком изрядно подвыпивший Степан. - И сегодня настроение испортить надо!

- Да, брось, отец, - веселилась Варя, - так даже новогоднее будет. А-а,

вот Костик уже и свечку несет.

Не по годам широкоплечий сын, еле протиснувшись в дверной проем, ступил в комнату, где гуляло застолье, сжимая в крепкой ладони длинную белую свечу. Веселое рыжее пламя слабо осветило полную гостей комнату, роняя на стену уродливые тени.

- С новым годом, с новым годом! - понеслось со всех сторон, забренчали сдвигаемые стаканы и застучали в полутьме ложки.

С шумом отодвинув стул и одернув ладно сидящую на нем гимнастерку, над столом поднялся Галкин муж, Артемий Крикун, бывший красногвардейский командир, а ныне занимающий какую-то солидную должность, мужик-здоровяк, вечный балагур и бабник. Он давненько похаживал вокруг Варвары, сладостно щуря глаза при виде ладной плотной фигуры женщины, делая ей сальные намеки. Вот и сейчас, вставая во весь свой богатырский рост, он умышленно сначала оперся о круглое Варино колено, а потом крепко прижался к ее плечу. Варя неодобрительно глянула на Артемия и придвинулась ближе к хмельному Степану.

- От ты, черт возьми, славненько как, - хохотнул Артемий, - в темноте, как говорится, не в обиде. - Ха-ха-ха, - загоготал он над своей остротой. Так что, за новый год, за батьку Сталина пить будем! За Сталина только стоя! Да здравствует новый тридцать восьмой год, первый год третьей сталинской пятилетки! Ура! - и гости, двигая стульями, начали охотно подниматься, приговаривая "за Сталина надо, как же, святое дело".

- Степка, а ты чего не встаешь? Я говорю, за Сталина только стоя пить надо, - грозно повторил Артемий.

Степана словно резануло. Он снова хлопнул по столу и выкрикнул:

- Чего ты, Артемий, бачишь? За Сталина говоришь? А вот кукиш с маслом, а не за Сталина, - Степан сделал из пальцев фигуру и потряс ею в воздухе. Я что-то не понимаю, с какой такой стати пить за него? Я что-то не вижу светлых деньков. Да каких там светлых деньков... Просвета я не вижу! Ау-у, где он?